Наглядный пример демократизации
Прочитайте отрывок из статьи из газеты «Завтра» - статьи о том, ЧТО происходит со странами, куда приходит американская «демократия». Автор пишет об Ираке, от которого уже почти откололся Курдистан, но мне всё это напоминает другую недострану – укропию. Впрочем, судите сами…
Иностранцы могут находиться здесь очень короткое время. Те, кто долго здесь работает, постепенно сходят с ума от отсутствия женщин, серости домов, людей, от постоянной опасности. Больше всех сходят с ума, больше всех зашуганы — американцы. Они даже в Курдистане идут, как ощетинившиеся дикобразы, вызывая панику на улице своими выставленными в лицо любому встречному автоматами. Недавно в Эрбиле у одного морпеха не выдержали нервы, и он застрелил ребенка, который говорил по сотовому — видимо, решил, что тот его собирается взорвать или передает послание снайперу. Несчастные пуэрториканцы, филиппинцы, украинцы, негры, приехавшие воевать за американское гражданство... На них охотятся, их пытаются украсть и продать, а они хотят выжить…
Ирак — это слоеный историей пирог (Примечание: угу, укропия тоже слепленный большевиками слоёный пирог), причем между каждым слоем лежит кровавая прослойка. Здесь были самые древние государственные образования, самые древние народы покоряли, грабили и поселялись на этой земле. Помимо шиизма и суннизма, здесь витают древнейшие религиозные, обрядовые, бытовые верования. По дороге из Киркука в Багдад находится центр местного суфизма. Чуть поодаль находится езидский Ватикан — священный город Лалеш. Ощетинившиеся пулеметными гнездами, стоят вокруг Мосула и Киркука курдские, арабские и туркманские деревни. У всех есть оружие, а жизнь стоит гораздо дешевле хорошего ствола.
Дальше Киркука и Мосула начинается разграбленная суннитская зона. Многие города здесь были по несколько раз разбомблены американцами, а затем зачищены морпехами и пешмаргой — курдскими боевиками. В результате суннитский треугольник из самого стабильного превратился в самый нищий и небезопасный регион Ирака. Нападение на конвои здесь превратилось в одно из немногих источников заработка. А по ассортименту товаров на базаре всегда можно определить, какой конвой был ограблен последним.
Те, кто ни на что не годится, всегда может устроиться в полицию (Гы-гы. Это прямо про укропскую дико модную полицию!) Несмотря на то, что здесь за работу в полиции платят около четырехсот долларов в месяц, — это всё равно, что получить работу мишенью в тире. Поэтому главная задача, которую ставит перед собой местная полиция — собственное выживание. Они, как сумасшедшие, гоняются по дорогам, в остальное время отсиживаясь в крепостях полицейских участков.
Даже американцы стараются здесь не появляться без особой необходимости. В основном они сидят по базам, к которым практически невозможно подойти. Если им нужно передвигаться по шоссе на открытой местности, то они обычно идут в самой гуще гражданского транспорта, тем самым создавая себе живой щит. В местные разборки, которые регулярно происходят на ключевых трассах, они предпочитают не влезать. Посмотрят в бинокли и поворачивают обратно.
Формально американцы, конечно, контролируют ситуацию. Они дают деньги правительству и обеспечивают ему охрану в "зеленой зоне" Багдада. Взамен они получили возможность отрапортовать избирателям в Штатах о победе демократии в одной отдельно взятой ближневосточной стране. Правда, эта демократия мало чем отличается от социализма, который СССР строил в Третьем мире: спектакль, где одни делают вид, что играют, другие, что внимательно смотрят. Где-то рядом на фоне этого кровавого спектакля, как в фантастическом фильме, идет добыча нефтяного снадобья…
Статью полностью можно прочесть здесь - http://zavtra.ru/blogs/2006-01-0422
А теперь прочтите вольное переложение окончания статьи от моего комментатора
ak747
Находясь в современном демократическом Ираке, начинаешь по-новому и искренне любить свою совершенно недемократическую Россию.
Когда электричество в миллионном городе подается от одной допотопной электростанции ровно на 4 часа в сутки - вспоминаешь о гигантских плотинах и сверхмощных АЭС, наполняющих энергией паутину проводов уникальной Единой энергосистемы.
Когда субтропической зимой греешься у мазутной печки посреди холодного дома - думаешь о тысячах километров газопроводов, питающих синее пламя в горелках котлов, и батареях центрального отопления, обогревающих заметенные снегом города в суровой тайге и ледяной заполярной тундре.
А когда смотришь на раздолбанные иракские города, так и не восстановившиеся за 12 лет демократии - на душе становится тепло от мысли о зарытых в земле шахтах, плывущих подо льдом подлодках и не спящих за пультами людях в погонах, держащих в руках меч ужасного и неотвратимого термоядерного возмездия.
И странная смесь чувств охватывает от взгляда на небольшую соседнюю страну, жители которой сами принесли иракскую свободу к себе домой - без абрамсов, томагавков и Б-52. То ли жалость, то ли презрение, но больше всего - искреннее удивление от их слепоглухоты, помешавшей увидеть наглядный пример демократизации.
Иностранцы могут находиться здесь очень короткое время. Те, кто долго здесь работает, постепенно сходят с ума от отсутствия женщин, серости домов, людей, от постоянной опасности. Больше всех сходят с ума, больше всех зашуганы — американцы. Они даже в Курдистане идут, как ощетинившиеся дикобразы, вызывая панику на улице своими выставленными в лицо любому встречному автоматами. Недавно в Эрбиле у одного морпеха не выдержали нервы, и он застрелил ребенка, который говорил по сотовому — видимо, решил, что тот его собирается взорвать или передает послание снайперу. Несчастные пуэрториканцы, филиппинцы, украинцы, негры, приехавшие воевать за американское гражданство... На них охотятся, их пытаются украсть и продать, а они хотят выжить…
Ирак — это слоеный историей пирог (Примечание: угу, укропия тоже слепленный большевиками слоёный пирог), причем между каждым слоем лежит кровавая прослойка. Здесь были самые древние государственные образования, самые древние народы покоряли, грабили и поселялись на этой земле. Помимо шиизма и суннизма, здесь витают древнейшие религиозные, обрядовые, бытовые верования. По дороге из Киркука в Багдад находится центр местного суфизма. Чуть поодаль находится езидский Ватикан — священный город Лалеш. Ощетинившиеся пулеметными гнездами, стоят вокруг Мосула и Киркука курдские, арабские и туркманские деревни. У всех есть оружие, а жизнь стоит гораздо дешевле хорошего ствола.
Дальше Киркука и Мосула начинается разграбленная суннитская зона. Многие города здесь были по несколько раз разбомблены американцами, а затем зачищены морпехами и пешмаргой — курдскими боевиками. В результате суннитский треугольник из самого стабильного превратился в самый нищий и небезопасный регион Ирака. Нападение на конвои здесь превратилось в одно из немногих источников заработка. А по ассортименту товаров на базаре всегда можно определить, какой конвой был ограблен последним.
Те, кто ни на что не годится, всегда может устроиться в полицию (Гы-гы. Это прямо про укропскую дико модную полицию!) Несмотря на то, что здесь за работу в полиции платят около четырехсот долларов в месяц, — это всё равно, что получить работу мишенью в тире. Поэтому главная задача, которую ставит перед собой местная полиция — собственное выживание. Они, как сумасшедшие, гоняются по дорогам, в остальное время отсиживаясь в крепостях полицейских участков.
Даже американцы стараются здесь не появляться без особой необходимости. В основном они сидят по базам, к которым практически невозможно подойти. Если им нужно передвигаться по шоссе на открытой местности, то они обычно идут в самой гуще гражданского транспорта, тем самым создавая себе живой щит. В местные разборки, которые регулярно происходят на ключевых трассах, они предпочитают не влезать. Посмотрят в бинокли и поворачивают обратно.
Формально американцы, конечно, контролируют ситуацию. Они дают деньги правительству и обеспечивают ему охрану в "зеленой зоне" Багдада. Взамен они получили возможность отрапортовать избирателям в Штатах о победе демократии в одной отдельно взятой ближневосточной стране. Правда, эта демократия мало чем отличается от социализма, который СССР строил в Третьем мире: спектакль, где одни делают вид, что играют, другие, что внимательно смотрят. Где-то рядом на фоне этого кровавого спектакля, как в фантастическом фильме, идет добыча нефтяного снадобья…
Статью полностью можно прочесть здесь - http://zavtra.ru/blogs/2006-01-0422
А теперь прочтите вольное переложение окончания статьи от моего комментатора
ak747Находясь в современном демократическом Ираке, начинаешь по-новому и искренне любить свою совершенно недемократическую Россию.
Когда электричество в миллионном городе подается от одной допотопной электростанции ровно на 4 часа в сутки - вспоминаешь о гигантских плотинах и сверхмощных АЭС, наполняющих энергией паутину проводов уникальной Единой энергосистемы.
Когда субтропической зимой греешься у мазутной печки посреди холодного дома - думаешь о тысячах километров газопроводов, питающих синее пламя в горелках котлов, и батареях центрального отопления, обогревающих заметенные снегом города в суровой тайге и ледяной заполярной тундре.
А когда смотришь на раздолбанные иракские города, так и не восстановившиеся за 12 лет демократии - на душе становится тепло от мысли о зарытых в земле шахтах, плывущих подо льдом подлодках и не спящих за пультами людях в погонах, держащих в руках меч ужасного и неотвратимого термоядерного возмездия.
И странная смесь чувств охватывает от взгляда на небольшую соседнюю страну, жители которой сами принесли иракскую свободу к себе домой - без абрамсов, томагавков и Б-52. То ли жалость, то ли презрение, но больше всего - искреннее удивление от их слепоглухоты, помешавшей увидеть наглядный пример демократизации.